Активная линия фронта в войне России с Украиной – 850 км. Ее уменьшение почти на треть после освобождения правого берега Днепра за считанные недели, ожидаемо, привело к еще более кровопролитным боям на оставшихся направлениях. Где сейчас пытается наступать армия оккупантов и какое возможно развитие войны? Об этом сообщает Радио Свобода, передает портал PromPolitInform.
Бахмут. Куда продвинулись русские военные?
Вблизи города Бахмута сейчас бесконечный поток военной техники. В воздухе, прижимаясь к земле, курсируют боевые вертолеты. Активизация боев здесь – прямое следствие отступления оккупационных сил из Херсона.
«После того, как россияне с правого берега пошли на левый берег, там больше корпуса – 10-15 тысяч человек – их сразу перебросили в район донецкого фронта от Угледара до Лисичанска, включая Бахмут, Авдеевку. Мы видели это увеличение их работы и количества в районе Павловки под Угледаром. И в 2-3 раза выросло огневое поражение, которое начали наносить россияне в районе Бахмута и Авдеевки. Это те части, которые вышли с правого берега на левый», – рассказывает военный эксперт и полковник запаса Роман Свитан.
Упорные бои за Бахмут продолжаются с лета. За последнюю неделю российским войскам удалось немного продвинуться к югу от города – захватить Андреевку, Озаряновку, Курдюмовку и Зеленополье. Минобороны России заявило – взяли Спорное, но по данным проекта Deep State бои там продолжаются.
«Бахмут сам по себе – ключ к освобождению с точки зрения россиян от украинских войск территории Донецкой области. Без взятия Бахмута они не смогут подойти ни к Константиновке, ни к Дружковке, ни к Славянску, ни к Краматорску и не смогут двигаться дальше в сторону Покровска на Запад. То есть ключ такой, краеугольный камень, обойти который невозможно. Его можно только взять. Поэтому россияне и дерутся за него. Но это лишь часть вопроса, который они пытаются решить. За Бахмутом проходит водовод, которым в свое время поставлялась вода из Северского Донца. Сам водовод им нужен, поскольку без воды Донбасс жить не может – они, конечно, там не перезимуют», – продолжает Роман Свитан.
Бойцы, для которых полномасштабное вторжение началось с продолжавшихся до мая боев за Попасну в Луганской области, говорят: тактика действий противника под Бахмутом им очень знакома. Но теперь у оккупантов нет такого значительного преимущества – в частности у артиллерии.
«У врага было колоссальное преимущество в артиллерии. Просто один до десяти в статистике выпущенных снарядов – это не миф, это было реально так. И это еще самые лучшие наши дни, когда мы одним снарядом на 10 тогда отвечали. Вот тогда было действительно тяжелее всего. И в воздухе у врага действительно беспилотники. Это вот самое страшное, пожалуй, для артиллериста – это увидеть или чаще всего услышать звук птички в небе. Это самое страшное, потому что ты понимаешь, что по тебе будут стрелять до тех пор, пока не попадут, а когда попадут, то еще накинут», – говорит боец 24-й отдельной механизированной бригады ВСУ с позывным «Адвокат».
«Если не есть какая-то активная фаза – соответственно, работы может быть меньше. Если же идет интенсивное сражение – увеличивается количество выполнения боевых задач, увеличивается расход. То есть работы гораздо больше», – добавляет его побратим с позывным «Кент».
«Конкретно эта пушка получена после капитального ремонта. Она в очень хорошем состоянии. Конечно, партнерская техника, западная, она классная, но и надо наших «малышек» тоже уважать. С ними еще можно не мало результата взять. Пока эффективно работает, точно работает. И, по сути, каши не испортит. Даже наша старушка 2С3», – говорит «Адвокат».
«Акация» – это самая мощная бригадная артиллерия, то есть эти установки, как правило, ведут огонь для прикрытия своей же пехоты на передовой. Поскольку работы достаточно много, пушки работают со стационарных позиций, то есть после ведения огня их не меняют.
«Пока мы не добьемся того результата, которого мы хотим достичь. Отрабатываем 2-3 огневых задания и сразу же меняем позицию, то есть совершаем внутрипозиционный маневр. Это для того, если противник смог где-то нас засечь в своих средствах, если он даже отработает по этой позиции – нас там уже не будет. То есть мы себе перемещаемся на какое-то расстояние», – говорит Кент.
Авдеевка, Марьинка, Пески
Еще один район, где Россия пытается наступать, – вблизи Авдеевки. Фактически с начала масштабного вторжения армия РФ пытается оцепить город, но безрезультатно. Сейчас особенно активно штурмуют Невельское и Первомайское. Также на донецком направлении атакуют Марьинку – где оккупанты имеют продвижение внутри города, даже медленнее, чем вблизи Бахмута.
«Марьинка, Пески и Авдеевка – это практически граница города Донецка, большой агломерации Донецко-Ясиноватско-Макеевской. Для россиян очень важно отодвинуть линию фронта от города. Потому что наша армейская артиллерия достает до центра города. А натовская артиллерия с активным высокоточным оружием получает и за агломерацию. До Макеевки и дальше в сторону Харцызска. Поэтому у них одна из первоочередных задач – отодвинуть линию фронта хотя бы километров на 30, хотя бы и до карловского водохранилища – это километров 30 от Песок. Конечно, им нужно взять Авдеевку или попытаться ее окружить, чем они сейчас пытаются заниматься. И дальше южная группировка. Юго-западная группировка угледарская – марьинская группировка прикрывает с юго-запада, а с запада ее прикрывает Курахово», – говорит Роман Свитан.
Угледар, Павловка
В районе Угледара после ожесточенных атак последних недель Россия контролирует Павловку, но без дальнейшего продвижения. По мнению аналитика Def Mon, активизация здесь российской армии может быть связана с желанием восстановить железную дорогу Донецк-Волноваха. В районе Степного она сейчас разобрана, чтобы ее отстроить, нужно, по меньшей мере, отбросить из этого района украинскую артиллерию.
Ситуация вокруг Угледара
«Она расположена ниже Угледара. И все дороги, которые к ней ведут – они простреливаются. Ну, там такая география. Там все очевидно было изначально. Что брать Павловку не было никакого смысла, они решили, что Павловка – это ключ к Угледару и если они возьмут Павловку, то Угледар удастся взять беспрепятственно и дальше развивать наступление. Но это очередное заблуждение российского командования, которое россиянам там сейчас отхаркивается кровью», – говорит военный историк и журналист Михаил Жирохов.
«Россияне почему-то начали наступать на Угледар. Они хотят в марьинскую группировку зайти в тыл – выйти на Курахово. Из Угледара дальше на север на Курахово. Наша украинская группировка, которая сейчас находится в Угледаре, опять же находится в лучшем положении для обороны. Еще одна проблема у россиян. Это выступ угледарский – это очень хорошее направление будущего нашего наступления в сторону Волновахи и Мариуполя. Они прекрасно понимают, просчитывают и пытаются занять более улучшенные позиции для обороны. Чтобы не дать нашим войскам выполнить этот маневр выхода на побережье Азовского моря с пересечением сухопутного коридора из России в Крым», – говорит Роман Свитан.
Запорожская область. Ситуация на фронте
Оборонительные действия в Донецкой области не означают, что украинские войска не предпримут попыток наступать на других участках фронта. При наличии резервов для ВСУ перспективным направлением для продвижения кроме участка Сватово-Кременная может быть район Запорожья.
«Наступление, например, на запорожском направлении – там где степь. Оно полностью зависит от того, как промерзнут дороги, а земля, чтобы промерзла, нужно 7-10 дней, чтобы стояли морозы -15, -20. Наступление россиян сейчас на Бахмут или в Марьинке или на Авдеевку – оно не зависит от погоды. Потому что сейчас уличные бои и там более или менее асфальтированные дороги, и Донбасс этим отличается – это достаточно урбанизированная территория», – объясняет Михаил Жирохов.
«Одно из перспективных направлений – Пологи и дальше или на Токмак-Мелитополь. Или сразу на Бердянск – побережье Азовского моря. То есть такой ход. Достаточно перспективный. Но и третье направление очень перспективно. Наши войска работают над уничтожением российской группировки, которая находится в Новой Каховке – это левый берег Днепра в районе Каховской ГЭС. Там наши оперативно-тактические группы выполняют определенные задачи», – говорит Роман Свитан.
Стабилизационный пункт
Это один из стабилизационных пунктов украинской армии на Бахмутском направлении – первое место вблизи передовой, куда привозят раненых бойцов. Врачи здесь одними из первых видят последствия ожесточенных боев.
«В задачу нашего заведения не входит оперирование. Больные, которые доставляются сюда с передовой, они всегда очень в тяжелом состоянии, и наша основная цель – стабилизировать их. Не дать, по сути, умереть на данном этапе эвакуации и доставить в те учреждения, где окажут более квалифицированную помощь», – объясняет военный медик Олег Коломиец.
«Огнестрельно-осколочные ранения, которых намного больше. Минно-взрывные – тоже гораздо больше. Характер ранений – их в гражданской жизни, в гражданской хирургии – гораздо меньше встречается, потому что это исключительно редкие случаи за год. Здесь их 80–90%. То есть их здесь много. Приведу пример один – вчера пациент был. Была остановка сердца, мы его завели, и мы его стабилизировали. Более-менее он был стабилен, но тяжел. Вам не передать эмоции, которые каждый работавший врач он… мы не зря здесь», – рассказывает Дмитрий Ксендз, военный медик.
Как меняется война? Тактика
Украинская оборона, как и все девять месяцев полномасштабного вторжения, зависит от устойчивости пехоты на передовой и той поддержки, которую она получает с тыла. С уменьшением линии фронта остается все меньше вариантов развития боевых действий – поэтому горячие точки и напор агрессора вряд ли спадут.
«С нашей стороны, к сожалению, тоже этакий стратегический тупик когда и мы, и россияне сейчас бросаем огромное количество и техники, и личного состава. Но у них последние пару недель это получалось лучше – продвигаться, прожимать оборону. Это зависело только от погоды. Потому что в последние недели на Донбассе стоял туман. Очень плохая погода, и поэтому поддержка артиллерии была минимальна. Сейчас наша артиллерия работает исключительно с корректировкой с дронов. А поднять дрон в тумане очень непросто. Тем более найти какие-то координаты, найти цели. Поэтому на первый план начало выступать большое количество личного состава. Поэтому они давили мясом. Та тактика, которую использовали россияне, начиная со Второй мировой войны – она, к сожалению, на нескольких направлениях сработала и под Бахмутом. Насколько сейчас затратно держать Бахмут – это огромный вопрос. Не сжигаем ли мы резервы, которые могли бы использовать весной 23-го года для наступательных операций. Я этого не вижу, но вижу, что количество частей, задействованных в обороне Бахмута, растут с каждым днем, как и, к сожалению, наши потери там», – говорит Михаил Жирохов.
Многие украинские военные так или иначе почти непрерывно находятся на передовой вот уже девять месяцев полномасштабного российского вторжения. То же касается значительной части оккупационных сил, которые после неудачи на одном плацдарме перекидывают для попыток захвата других направлений. И значительная часть этих сил с обеих сторон еще не была введена в бой после битвы за Херсон. Но теперь придется воевать зимой, где важна не только подготовка, но и снаряжение.
