Когда в Украине бушевал Майдан, те, кто привык к вольному стилю в одежде, чувствовали себя как рыба в воде, ведь никто не будет присматриваться к лейблу джинсов, когда свистят пули и гибнут люди. Сейчас в Украине медленно, но верно нарастает волна официализации власти. То есть, власть, конечно, легитимна, но именно летом 2015 года она делает заметные акценты на тех своих проявлениях, которые должны закрепить ее высокий, я бы даже сказала, сакральный статус.
Прокрустова одёжа
Один из этих моментов – дресс-код. Вот, к примеру, Госдума РФ намерена его ввести для парламентских журналистов.
Если помните, именно дресс-кодом маялись «януковичи» в предпоследнее лето своего правления. Вид оголенных плечей и пупов, а уж тем более мужских конечностей почему-то воспринимался чуть ли не как посягательство на власть, как минимум, оскорбление. И если в какой-нибудт компании дресс-код является и составляющей бренда, и объединяет сотрудников (хотя бы, формально), то для власти строгое соблюдение дресс-кода – это еще и дополнительное доказательство силы власти, уважения и, не побоюсь этого слова, трепета перед ней.
Что происходит сейчас? Постановления и предписания о дресс-кодах для государственных чиновников никто не отменял. Они обязаны блюсти одежные приличия, и они это делают. Как-никак, многоглавое лицо власти. Граждан вроде бы никто не трогает. Но уже, по умолчанию, осторожно намекают журналистам, что появляться в присутственных местах, скажем, в шортах или в майках негоже.
Недавно в стенах Верховной Рады был инцидент, когда журналиста в шортах пропустили только после того, как он сменил раздражающую деталь своего гардероба на брюки. Нельзя сказать, что процесс пошел, но одежную революционную вольницу явно пытаются ограничить.
Буйная угроза
Впрочем, дресс-код нарушают и сами власть предержащие. В том числе, народные депутаты. Игорь Мосийчук в марте текущего года пришел в парламент в футболке и джинсах, причем. по футболке шла надпись с требованием выпустить Надежду Савченко. Да и ранее другие его коллеги неоднократно удивляли то джинсами, то футболками с лозунгами, то спортивными штанами и ковбойками с жилетками.
Как это понять? Сами себя не уважают? Скорее, дело в другом: хотят почувствовать себя свободнее во власти, чем были до нее. Некоторые, кстати, до сих пор завистливо провожают взглядами «камуфляжных» депутатов-комбатов.
Если оставить в стороне мотив уважения к власти, то у сторонников дрес-кода есть и другие. Куда более весомые резоны. Дело в том, что, как утверждают психологи, вольность в одежде предопределяет и вольность в поведении. То есть, человек себя не ограничивает. В связи с этим, стоит вспомнить недавний «Марш равенства»: как раз представители меньшинств демонстрируют свою принадлежность к этим самым меньшинствам вольностью в одежде.
Как рассказал нашему изданию один из парламентских журналистов на условиях анонимности, в Верховной Раде дресс-код был бы не только уместен, но и полезен, поскольку «это понятие в кулуарах давно отсутствует. Мне даже иногда кажется, что в кулуарах сброд бомжей. Кто-то не стиргся и не брился годами, кому-то не повредило бы банально помыться. А 18 июня пытался пройти в парламент некто, вообще похожий на снежного человека.». При этом анонимный журналист также привел в пример руководителя ТК «Рада» Владимира Леха (Близкого к спикеру Владимиру Гройсману), который также, по словам источника, нередко появляется в ненадлежащем его статусу виде.
В то же время, другие парламентские журналисты занимают более умеренную позицию в вопросе дресс-кода в кулуарах, отмечая, что сами не намерены одеваться в парламент как на пляж, но и загонять их в слишком жесткие стандарты тоже вряд ли разумно, так как, помимо соовтетствия стилю, для журналиста в одежде важна еще и функциональность.
Не судите по костюму
Однако нельзя сказать, что экзотический костюм «мимо рамок» гарантирует, что перед вами человек особой ориентации или, того хуже, педофил. Например, в педофилии обвинял Владимира Путина агент Литвиненко, умерший в Лондоне. Между тем, тот, кого в Украине принято «посылать», строго соблюдает дресс-код. Таким образом, дресс-код как метод защиты от социопсихологических угроз вряд ли сработает.
Но сам факт того, что вопрос стиля в одежде при контактах социума с властью становится важным, наводит на некоторые размышления.
Во-первых, власть, декларируя единение с громадой, на самом деле начинает громаду опасаться. Причем не активистов, с которыми научилась разговаривать, а то самое буйство толпы, которое у нас выливается в Майдан. Пока что, эти опасения, скажем так, подсознательны. Но уже потихоньку формируется система сигналов верноподданичества, что говорит, в свою очередь, об окостеневании системы. Разумеется, вертикальной.
Во-вторых, такой малозаметный тренд, как разговоры о дресс-коде, может свидетельствовать и о сопротивлении системы децентрализации власти. Сложно поверить, не так ли? Но оно – сопротивление – есть, просто потому,что его не может не быть.
В-третьих, социум, понимая, что мноиге функции власти будут переланы ему, учится самоконтролю и нащумывает рычаги воздействия на буйные сегменты. Дресс-код – это лишь «пробник», который редко когда срабатывает в таком случае. Но на уровне социума – это сигнал. Будем надеяться, позитивный.
