О том, какие методы применяет роспропаганда для влияния на сознание и поведение граждан России, направленные на поддержку и оправдание своих агрессивных планов, рассказывает Детектор медиа, cообщает портал PromPolitInform.
Сегодня речь пойдет о тактике героизации.
Тактика героизации – один из методов военной пропаганды, имеющий несколько ключевых задач.
Во-первых, консолидировать массы вокруг общей цели — в контексте российской агрессии этой целью является «денацификация» и «освобождение» украинских территорий.
Во-вторых, насадить «правильные» ценности и типы поведения, то есть закрепить в обществе лояльность к режиму, активную поддержку армии, желание приобщаться к военным действиям.
В-третьих, отвлечь внимание от неотложных проблем, компенсировав их сомнительными «достижениями».
В-четвертых, еще раз оправдать и рационализировать агрессию, укрепив стремление к реваншу.
Кроме того, героизация порождает романтизированное видение смерти, разрушений и человеческих страданий и тем самым омрачает реалии войны и выхолащивает цену человеческих потерь.
Эта тактика стала популярна с началом полномасштабной войны. Ведь на протяжении первых восьми лет войны российский агитпроп апеллировал к страдальческим образам — «отверженный народ Донбасса», «урезанные в правах русскоязычные украинцы», «замученные дети Донбасса», «гнанные за правду православные верующие», «оскверненные советские памятники» пропагандистского приема — апеллирование к мучениям и страданиям — вызвать, с одной стороны, ненависть к «карателям», демонизировать и дегуманизировать их, а с другой – вызвать сочувствие к «пострадавшим» и рационализировать щедрую «помощь» — гумконвоев в виде оружия.
Сложно удерживать боевой дух, если он основывается только на сочувствии или жалости. Поэтому Россия, например, героизирует 11-летнего Федора с Брянщины: на него и двух школьниц якобы напала группа «украинских диверсантов». Парень был ранен, в теле застряла «натовская поля», но он не растерялся, спас себя и девушек, убежав в безопасное место.
История мальчика Федора апеллирует к сильным эмоциям. Агитпроп пытается вызвать симпатию к Федору: маленький парень попал в ситуацию, из которой не каждый взрослый сумел бы выбраться. Заставляет сопереживать и восхищаться – раненый «герой» с пулей в теле спасает себя и двух ровесниц. К тому же отвага школьника контрастирует с дерзостью «диверсантов». Если спроектировать эти эмоции на конкретные действия, получится уважение к подвигу, лютая ненависть к украинцам и желание мести.
